Меню
16+

Газета «Кинельская жизнь»

30.01.2019 12:17 Среда
Категория:
Тег:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 4 [1] от 26.01.2019 г.

Непокорённые

Автор: Нина БУХВАЛОВА

В РОССИИ ПРОХОДЯТ ТОРЖЕСТВЕННЫЕ МЕРОПРИЯТИЯ В ЧЕСТЬ 75-ЛЕТИЯ ОСВОБОЖДЕНИЯ ЛЕНИНГРАДА ОТ БЛОКАДЫ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

День 27 января — главный из всей более чем трехсотлетней истории Санкт-Петербурга. Юбилейной годовщине завтра в северной столице будут посвящены памятные церемонии, парад на Дворцовой площади, встречи тех, кто знает и помнит страшную блокаду, — 900 дней мучений и подвига. Для этих людей до сих пор город на Неве остался Ленинградом.

Так его называют и девять жителей городского округа Кинель, в годы войны они разделили судьбу осажденного города, потеряли в голоде своих близких. Из девяти кинельских «ленинградцев» один награжден медалью «За оборону Ленинграда», восемь — знаком «Жителю блокадного Ленинграда». В эти дни они, как и еще более ста тысяч человек в нашей стране, получили персональные поздравления за подписью президента России в. В. путина. Поздравительные открытки жителям и защитникам блокадного Ленинграда доставляет почта России.

На лицевой стороне открытки размещена черно-белая фотография, отражающая один из счастливых моментов в жизни ленинградцев, — прорыв блокады. Здесь же изображена медаль «За оборону Ленинграда».

На оборотной стороне — кадры фотохроники Великой Оте-чественной войны: плакаты на стене дома в блокадном Ленинграде; аэростаты воздушного заграждения над Исаакиевской площадью; бойцы Волховского фронта во время прорыва блокады Ленинграда; старшина

П. Х. Силин, поднимающий Красный флаг на пожарной каланче Съезжего дома в освобожденной Гатчине; крейсер «Киров», салютующий в честь окончательного прорыва блокады Ленинграда; салют на Суворовской площади в ознаменование снятия блокады; жители Ленинграда у здания биржи, встречающие известие о снятии блокады города.

Самая продолжительная за всю историю человечества осада города унесла более 1,5 миллиона человеческих жизней. Блокада Ленинграда длилась 872 дня. Почти 900 дней боли и страдания, мужества и самоотверженности, героизма и подвига. Но планам Гитлера не суждено было сбыться, ему не удалось стереть город с лица земли и открыть своей армии путь к балтике. Ленинград и жители, измученные нечеловеческими страданиями, не покорились.

В предыдущие годы одними из героев праздничных номеров газеты, выходивших к 9 Мая, были жители Ленинграда, кто пережил блокаду детьми. Сегодня мы обращаемся к этим воспоминаниям ветеранов, чтобы сохранить память о страшных днях, чтобы передать ее последующим поколениям как священный завет.

ЛЕНИНГРАД В МОЕМ СЕРДЦЕ

Самая продолжительная за всю историю человечества осада города унесла более 1,5 миллиона человеческих жизней. Блокада Ленинграда длилась 872 дня. Почти 900 дней боли и страдания, мужества и самоотверженности, героизма и подвига. Но планам Гитлера не суждено было сбыться, ему не удалось стереть город с лица земли и открыть своей армии путь к балтике. Ленинград и жители, измученные нечеловеческими страданиями, не покорились.

В предыдущие годы одними из героев праздничных номеров газеты, выходивших к 9 Мая, были жители Ленинграда, кто пережил блокаду детьми. Сегодня мы обращаемся к этим воспоминаниям ветеранов, чтобы сохранить память о страшных днях, чтобы передать ее последующим поколениям как священный завет.

В семейном альбоме Лидии Андриановны Красновой (Смирновой) хранится детское фото, сделанное незадолго до войны. На снимке — нарядная, счастливая девочка. Но война разрушила все в одночасье.

На фронт главу семейства Смирновых, Андриана Ивановича, не призвали: 51-летний мужчина работал в тылу. Старший брат Лиды воевал. 11 января 1942 года первым умер от голода отец. В один из апрельских дней ушла из дома и не вернулась мама, Александра Алексеевна. Когда тетя пришла проведать родных, нашла лишь забившуюся в чулан Лиду. Дом очистили воры, украли хлебные карточки, вещи. Сколько дней ждал маленький ребенок свою маму, неизвестно.

Страшное чувство голода, которое ничем не заглушишь, Лидия Андриановна запомнила на всю жизнь: «Мама, уходя в булочную за пайкой хлеба, мне говорила: «Лидочка, в сенях оставила тебе покушать — на завтрак, обед и ужин». Я же все съедала разом, и все равно кушать хотелось постоянно. Тот ленинградский хлеб до сих пор меня не отпускает, съедаю лишь очень тонко нарезанный кусочек, больше не могу — берегу!».

Лидия Андриановна рассказывает, что в дни блокады бомбили город непрестанно. Они уже и не уходили в бомбоубежище, пережидали дома, полагаясь на судьбу. Когда налет заканчивался, радовались: «Живые!».

Одну за другой блокадный голод уносил жизни ее родных. Маленькую Лиду смолги эвакуировать. Детей посадили на баржу, которая шла по Ладоге. В пути их обнаружила вражеская авиация, посыпались бомбы. Но обошлось, уцелели.

В Некоузком районе Яро-славской области был сформирован детский дом № 132. Свою детдомовскую жизнь Лидия Андриановна вспоминает с большой теплотой: «Там я находилась с 14 августа 1942 года по 26 августа 1952 года. Мы все сдружились, были одной семьей. За некоторыми детьми позднее родители приезжали из разных концов Советского Союза. А меня забирать было некому».Правда, две тети по отцовской линии, жившие в Калинине, Лиду навещали, привозили подарки.

В 1952 году девочку отправили в Калининскую область, в другой детский дом. По окончании восьмого класса Лида выбрала специальность — поварское дело. В числе десяти выпускников-ленинградцев, отправленных после училища на отработку в Куйбышевскую область, была и Лидия с подругой Надей. Они устроились в Кинеле. Директор торгового объединения предложила на выбор кинельскую столовую или общепит в студенческом поселке сельскохозяйственного института. «Решили работать там, где бурлила молодежная жизнь — в студенческой столовой», — вспоминает ветеран.

За свою трудовую биографию Лидия Андриановна работала в Кинеле директором столовой, заведующей производством и директором столовой Куйбышевского сельскохозяйственного института до 1995 года.

«Ленинград — в моем сердце», — так говорит о своем родном городе Лидия Андриановна. Она ездила в Ленинград, пока были живы родные и позволяло здоровье. И всегда в первую очередь шла на Пискаревское кладбище. Возможно, здесь в общей могиле похоронены и ее родители.

В низком поклоне Лидии Андриановны праху погибших в блокаду — ее бесконечная печаль и боль. Ее воспоминания созвучны со стихотворными строками Веры Инбер: «Слава и тебе, великий город, сливший воедино фронт и тыл, /В небывалых трудностях который/Выстоял./Сражался./Победил».

В этом аду выжила и маленькая девочка Лида.

РАНО ПОВЗРОСЛЕВШИЕ

Когда началась война, Марии Дмитриевне Левагиной было всего двенадцать. Уже более полувека ветеран Великой Отечественной войны живет в поселке Алексеевка. Говорит, фотографий той поры не осталось, все сгорело в огне. А вот память не выжечь. «Хотелось бы забыть, да не могу!», — говорит Мария Дмитриевна.

Война с которой пришли лишения, голод, горе, не ожесточили людей. Перед ее натис-ком в своей судьбе оказались равны все, и люди, как вспоминает Мария Дмитриевна, готовы были помочь, поделиться друг с другом всем, что у них осталось.

Мария Левагина (в девичес-тве — Казокина) родилась в Сырейке. Когда дочери исполнился месяц, Дмитрий Петрович перевез семью в Ленинградскую область, поближе к родным. «Мы поселились в деревне Нев-ская Дубровка Всеволожского района, — рассказывает Мария Дмитриевна. — Отец работал на лесозаготовках — древесину сплавляли по Неве». В Невской Дубровке у Казокиных родилось еще четверо детей.

Но в семейную идилию ворвалась война. В 1941-м Дмитрию Петровичу пришла повестка. Тогда из Невской Дубровки на фронт ушли все мужчины. В семье Елена Петровна осталась одна с ребятишками: старшая — Мария, Виктору было девять лет, Владимиру — семь, Валентине — три года. Младшей, Галочке, не исполнилось и полутора лет.

От Невской Дубровки фронт был совсем близко. «В одну из бамбежек в соседние дома попали снаряды. Все вокруг горело. Мама взяла на руки Галю, а мы обступили ее со всех сторон. И вдруг на пороге дома появляются двое моряков. Они-то и стали нашим спасением», — вспоминает Мария Дмитриевна. В коротком разговоре выяснилось, что один из них — земляк Казокиных из Куйбышева. Он назвал Елене Петровне адрес своей мамы и заверил: в этом доме семью в беде не оставят.

До указанного адреса, правда, Казокины добрались не сразу, но со своим спасителем больше не довелось свидеться. Мария Дмитриевна знает только его имя — Михаил Петрович Филиппов.

Путь на волжскую землю для семьи Казокиных оказался долгим. Продолжительное время они находились в зоне блокадного кольца, ютились под одной крышей с другими семьями. Из питания — только сто двадцать пять граммов хлеба. И люди стали умирать. В семье Казокиных первой похоронили младшую Галочку. Потом не стало семилетнего Володи. Когда слег Виктор, судьба сжалилась над бедной матерью. Стало известно, что их и другие семьи будут вывозить по железной дороге в Поволжье. Казокиным удалось добраться до адреса, который в Невской Дубровке оставил моряк. Мама Михаила Петровича встретила их как родных. «Мы так и остались жить в ее доме, а через некоторое время женщина (мы звали ее бабушкой) получила похоронку, — продолжает Мария Дмитриевна. — Сердце матери не выдержало известия о гибели единственного сына. Через десять дней бабушки не стало».

Понемногу Казокины обжились в Куйбышеве. Мария Дмитриевна вышла замуж, война и в семье ее супруга оставила горький след: он потерял всех родных. Из Куйбышева Левагины переехали в Алексеевку. Здесь построили дом. Вырастили троих детей, трудились на производстве.

«Старались дать детям самое лучшее, ведь у нас самих детства не было, — с волнением в голосе говорит Мария Дмитриевна.- Это такое счастье, когда ты живешь в мире. Не дай Бог никогда такому повториться».

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

11